Выше я говорил о «списке грехов» по отношению к ры­ночному хозяйству. Теперь мне хотелось бы рассмотреть под тем же углом зрения еще и другие факты. Я не буду говорить здесь о стремлении отдельных промышленных кругов к объ­единению в картели. Но в этом аспекте весьма характерны пожелания о специальной защите, в законодательном поряд­ке, отдельных профессий. Сюда принадлежат, - чтобы на­чать с простейшего, - стремления защитить законом обозна­чения и названия профессии. По поводу этих стремлений я могу только спросить: разве только титул или ранг удосто­веряют, кто чем является или кто на что способен, или же это узнается на основании работы, достижений, личных ка­честв? Нужно действительно быть носителем профессиональ­ного титула, чтобы иметь возможность заниматься какой-либо профессией? Я не хочу драматизировать вред, который приносят подобные регулирования. Но я считаю эти требо­вания опасными потому, что за первым шагом определенно последуют другие. Мне в противовес будет выставлен тот аргумент, что тот, кто претендует на определенное профес­сиональное наименование или титул, должен удовлетворять определенным зафиксированным предпосылкам, что он не только обязан доказать свою квалификацию, но и дать оп­ределенную моральную гарантию, чтобы иметь возможность заниматься соответствующей «защищенной» профессией. Тогда возникнут новые инстанции и учреждения, перед ко­торыми надо будет доказывать всеобъемлющим образом свою квалификацию, - и постепенно произойдет снова прев­ращение свободного гражданина в подданного, который бу­дет вынужден делать поклоны, чтобы добиться своего.

И получится, как я уже раз описывал: привилегирован­ные, «сидящие внутри», постараются отравить жизнь всем тем, кто захочет к ним войти.[35] Стоит поискать, что сто­ит за всеми этими попытками и ответ будет суровый: это чистейший эгоизм, и ничего больше, пытающийся приукра­сить подобные требования общественными идеалами и эти­ческими принципами.[35] В действительности же все это - стремление к замыканию, к возведению оград вокруг про­фессий, это желание обороняться, защищаться, сохранять свои позиции искусственными средствами.

В результате преграждается доступ в профессию новым силам, а среди них как раз нередко немало людей с настоя­щим призванием. Когда же поднимается вопрос о так назы­ваемой «личной благонадежности» - и снова здесь проявля­ются признаки подобного фарисейства - хочется спросить: в какие же профессии доступ должен остаться открытым для признанных «неблагонадежными»? Будут ли все профессии классифицироваться по этому признаку или государство должно придумывать специальные профессии для «неблаго­надежных»? Можно только ответить негодованием на подоб­ное лицемерие.

Назад