Касаясь этой моей основной установки я никогда не оставлял места для двусмысленных толкований. Еще 29 ав­густа 1948 года я говорил на съезде ХДС британской зоны в Реклингхаузене:

«Я не ощущаю себя представителем интересов имущих слоев, тем более представителем интересов промышленных или коммерческих кру­гов. Подобное предположение было бы совершенно ложным. Быть от­ветственным за экономическую политику - значит нести ответственность перед всем народом. Я глубоко убежден, что мы сможем разрешить стоя­щие перед нами тяжелые задачи только в том случае, если нам удастся путем сохранения рыночного хозяйства поднять благосостояние не толь­ко отдельных слоев населения, а всего нашего народа, если нам удастся, путем крайнего напряжения усилий и постоянного повышения производительности, обеспечить народным массам достойный уровень жизни и неуклонно его повышать. Если пытаются изобразить дело так, будто я являюсь человеком, который стремится защищать лишь совершенно определенные интересы, то это клевета. Наоборот. Я требую самым реши­тельным образом именно от ответственных крупнейших предпринимателей, в руках которых находятся орудия производства и аппарат распре­деления нашего народного хозяйства, наибольших жертв, наивысшего сознания ответственности».

Я привожу эти соображения, высказанные в начальной стадии развития рыночного хозяйства, чтобы еще раз под­черкнуть: те, кто в последующие годы пытались выдвинуть на первый план свои частные интересы и потерпели при этом крушение, не смеют ссылаться на мои моральные принципы. Я никогда не давал повода для сомнений в том, что част­ные интересы могут быть оправданы лишь тогда, когда они одновременно служат так же интересам общества.

Ни одна отрасль хозяйства не имеет права на привиле­гии. Разумеется, это утверждение не исключает факта, что с точки зрения отдельных лиц, хозяйство представляется как сумма частных интересов. Все дело в том, чтобы, регулируя эти интересы, направлять их в конечном итоге на путь об­щего блага.

В одном из моих более ранних выступлений я как-то раз указал на роль государства как высшего арбитра. Хочу вос­пользоваться здесь немного банальным примером футболь­ной игры. Я считаю, что, так же, как судья на футбольном поле не имеет права участвовать в игре, так и государство не должно принимать в ней участие. Существенной предпо­сылкой правильной, хорошей игры является то, что игроки следуют определенным, заранее установленным правилам. То, к чему я стремлюсь, проводя политику рыночного хо­зяйства, - чтобы уж оставаться при нашем примере, - это выработать порядок и правила этой игры.

Назад