Вынужденность такого развития все же привела к тому, что в этот первый период после реформы продукция смогла значительно возрасти, и что население могло поместить свой возрастающий доход в товары. Эта необходимость инвести­ровать средства, которая проводилась через соответствующее установление цен, нашло свое отражение и в налоговой поли­тике. Вместо действительного снижения налогов закон воен­ного управления за №64 от 20 июня 1948 г. предусматривал относительно широкие возможности списывать налоги и пользоваться целым рядом других послаблений.

Когда налоговая политика снова была передана в не­мецкие руки, это общее направление налогового законода­тельства было сохранено. Постоянно выдвигались новые ме­роприятия, которые должны были побудить людей к уча­стию в капиталовложениях. Законодательство стремилось также побудить людей к сверхурочной работе - заработок за сверхурочную работу оставался свободным от налогового обложения. Эти мероприятия представляли собой прекрасное добавление к тому радостному чувству, которое люди, нако­нец, снова стали испытывать при мысли о работе, так как вознаграждение, которое они получали за свой труд, давало им возможность приобрести что-то реальное и устраивать жизнь свободно, по своему желанию.

Достаточно просмотреть статистику, показывающую, по категории рабочих в промышленности, количество рабо­чих часов за неделю, чтобы убедиться в последствиях проис­шедших перемен. Появившаяся вновь радость труда очень скоро привела к удлинению рабочего времени - лишь сов­сем недавно мы отметили некоторую тенденцию к его сок­ращению. За период с 1949 г. производительность экономики выросла более, чем на 60%, что позволило приступить к сок­ращению рабочего времени, которое, несомненно, желательно с социальной точки зрения. Но такое сокращение должно происходить спокойно и постепенно, чтобы с этой стороны не возникло угрозы для общего показателя продуктивности народного хозяйства и для стабильности валюты.

Недельное рабочее время (выражено в часах, работа в шахтах не принята в расчет)

Год

Мужчины

Женщины

Все рабочие промышленности

1947

39,8

36,1

39,1

1948

43,0

40,0

42.4

1949

47,3

43,8

46,5

1950

49,1

45,5

48,2

1950

49,0

45,2

48,0

1952

48,5

44,7

47,5

1954

49,5

45,9

48,6

1956

49,0

45,5

48,0

(Источник: Федеральное статистическое бюро. Цифры, включая первые данные за 1950 год, относятся к Объединенной экономической зоне, начиная со вторых показателей за 1950 год - ко всей территории Германской Федеративной Республики)

Казалось бы, что здесь налоговая политика является правильным восполнением всей системы экономики. Но в действительности развитие налогового законодательства по­шло по пути, который в дальнейшем нередко приводил и к конфликтам с экономической политикой: иными словами, налоговая система подчас становилась средством, при помо­щи которого государство часто предоставляло преимущества и льготы или же которым оно пользовалось нежелательным образом, чтобы оказать влияние на экономику.

Возвращаясь еще к вопросу о повышении цен, нужно отметить, что значительную опасность для того времени представляло собой сокрытие денег. Количество денег, нахо­дившихся в обращении, все время пополнялось из непрекра­щающегося потока государственных денежных выпусков. По­сле 8 августа 1948 г. был отменен, ощущавшийся как очень тягостный, запрет предоставления кредитов из текущих бан­ковских счетов, благодаря чему краткосрочный банковский кредит снова получил возрастающее значение.

Это указание не носит характера критики, ибо необхо­димость этих мероприятий для народного хозяйства стала несомненной. Таким путем объем кредитов тем временем возрос с 1,4 миллиарда в конце июля 1948 г. до 3,8 миллиар­да в конце октября и до 4,7 миллиарда немецких марок к концу года. В течение последующего года краткосрочные ссуды возросли еще на 5,1 миллиарда. Открывшаяся возмож­ность получения кредитов способствовала, естественно, то­му, что появилось желание придерживать товары на складах, так как частным предприятиям это казалось выгодным в связи с намечавшимся повышением цен. Такою была ситуа­ция осенью 1948 года, и она была далеко не благоприятной.

Назад