Однако тяжелое положение принуждало также преодо­леть действие стародавнего закона о развитии хозяйственной жизни по конъюнктурным циклам, считавшегося до того времени непреложным. Как известно, принято было считать, что хозяйство развивается по ритмическим циклам. Пример­но семь лет, якобы, длится полный цикл: подъем, высокая конъюнктура, падение и затем кризис, в котором зарожда­ются целебные силы, которые снова выводят хозяйство на путь к подъему следующего цикла. Но за десять лет, что я несу ответственность за немецкую экономическую политику, все же удалось прервать этот «неизменный» ритмический круговорот и, путем постоянного подъема хозяйства, добить­ся сочетания полной занятости с конъюнктурой высокой производительности.

Поэтому должны быть понятны мои стремления к тому и надежды на то, что экономической политике и экономи­ческой теории удастся найти систематическое решение этой проблемы. Все на это направленные усилия могут рассчиты­вать на успех лишь до тех пор, пока конкуренции не чинятся препятствия, или она не устраняется вообще искусственными или юридическими манипуляциями.

Опасность, что конкуренции могут чиниться препятст­вия, постоянна и угрожает с разных сторон. Поэтому обеспе­чение свободной конкуренции - одна из важнейших задач государства, основанного на свободном общественном строе. Право, не будет преувеличением, если я скажу, что закон, запрещающий картели, должен был бы иметь значение необ­ходимейшей «хозяйственной конституции». Если государство спасует в этой области, - то вскоре можно будет распро­щаться с «социальным рыночным хозяйством». Провозгла­шенный здесь принцип приводит к категорическому требо­ванию, чтобы никому из граждан не предоставлялись право и возможность подавлять индивидуальную свободу или огра­ничивать ее во имя ложно понятой свободы. Понятия «Благосостояние для всех» и «Благосостояние через конкурен­цию» - связаны неразрывно. Одно является целью, другое - путем, ведущим к этой цели.

Уже эти наметки показывают основоположное отличие социального рыночного хозяйства от классического либе­рального хозяйства. Предприниматели, пытающиеся ссылка­ми на тенденции современного хозяйственного развития оп­равдать картели, пребывают в своих рассуждениях на том же интеллектуальном уровне, что и те социал-демократы, кото­рые обосновывают автоматизацией необходимость государст­венного планового хозяйства.

Из этого ясно, почему я считаю несравненно более важ­ным добиться умножения благосостояния путем экспансии хозяйства, чем рассчитывать на то, что это благосостояние может возникнуть в результате бесплодных споров об ином перераспределении национальной продукции.

Это, конечно, не должно означать, что теперешнее рас­пределение национальной продукции является единственно правильным и что оно должно оставаться неизменным. Но хочу пояснить мою мысль цифровыми примерами: С 1949 года - т. е. с того момента, как федеральное правительство начало проводить политику социального рыночного хозяйст­ва, - до 1955 года национальная продукция - брутто повы­силась с 47 млрд н. м. до 85, 8 млрд н. м. (в пересчете на це­ны 1936 года). В 1956 году зарегистрировано новое повыше­ние на 7, 1%.

Национальная продукция - брутто с 1936 по 1955 г. (в перерасчете на цены 1936 года) в миллиардах н. м.

1936

1949

1950

1951

1952

1953

1954

1955

1956

47, 9

47,1

54,8

62,7

66,7

71,6

77,5

85,8

91,9

(Источник данных - Федеральное бюро статистики)

Этот пример неоспоримого успеха экономической поли­тики показывает, насколько важнее сосредоточить все уси­лия народного хозяйства на увеличении народнохозяйствен­ного дохода, чем терять силы в борьбе за распределение до­хода и, тем самым, уклониться от единственно плодотворно­го пути повышения национальной продукции. Куда легче дать каждому по более крупному куску от большего, все увеличивающегося в своих размерах пирога, чем получить выгоду из споров о распределении маленького пирога, ибо тогда каждая выгода должна быть компенсирована какой-либо другой невыгодой.

Назад