§3. ДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ПРОСТРАНСТВА КУЛЬТУРЫ

Реконструкция истории мысли должна обязательно учитывать взаи­мопереплетение дискурсивных и недискурсивных практик, которые не редуцируемы, а дополнительны друг к другу. Изолированная от истории “физических” различений, т. е. воплощенных в пространственной форме границ и барьеров, история мысли оказывается непол­ной и отрывочной. Если ее понимание ориентировано на восстанов­ление логической последовательности, то оно сталкивается с лакуна­ми, где есть реальная историческая последовательность, но отсутству­ет логическая выводимость. Разум, стремящийся контролировать ста­новление на основе абсолютных принципов, сам изменяется наподо­бие изменений в моде. И поэтому история моды может стать приме­ром подражания для истории мысли. Речь идет об изменении понима­ния исторического понимания. Разумеется, критика рациональности и тем более ее “преодоление” не может быть самоцелью. Речь идет об уяснении границ сложившейся техники рациональной реконструк­ции, о поиске “дополнительных” по отношению к истории мысли прак­тик организации культурного пространства, в котором живет человек. Оно не является гомогенным, а обладает своеобразными ландшафтом и метрикой. С одной стороны, они отображаются в сетях категориаль­ных различий, а с другой, — выступают формами их реализации. Рас­крытие сложной зависимости дискурсивных и недискурсивных диф­ференциации способствует избавлению от возвышенно-романтиче­ских оценок роли гуманитарного знания в освобождении человека. Наиболее ярким примером структуры культурных пространств явля­ется город, возникший как территория, отделенная от дикой природы стенами, обеспечивающими безопасность от хищников и врагов, по­степенно превращающийся в центр монополии власти и одновремен­но ее символ, в место ремесла и торговли, а также производства социальных, правовых и культурных ценностей.

.

Назад