§ 1. Возникновение понятия и теории элит

Слово «элита» в переводе с французского означает «лучшее», «отборное», «избранное». В повседневном языке оно имеет два значения. Первое из них отражает обладание каки­ми-то интенсивно, четко и максимально выраженными чертами, наивысшими по той или иной шкале измерений. В этом значе­нии термин «элита» употребляется в таких словосочетаниях, как «элитное зерно», «элитные лошади», «спортивная элита», «элит­ные войска», «воровская элита» и т.п.

Во втором значении слово «элита» относится к лучшей, наи­более ценной для общества группе, стоящей над массами и при­званной в силу обладания особыми качествами управлять ими. Такое понимание слова отражало реальности рабовладельческого и феодального общества, элитой которого выступала аристокра­тия. (Сам термин «аристос» означает «лучший», соответственно, аристократия — «власть лучших».)

В политической науке термин «элита» употребляется лишь в первом, этически нейтральном значении. Определяемое в самой общей форме, это понятие характеризует носителей наиболее ярко выраженных политико-управленческих качеств и функций. Теория элит стремится исключить нивелировку, усредненность в оценке влияния людей на власть, отражает неравномерность ее распреде­ления в обществе, соревновательность и конкуренцию в области политической жизни, ее иерархичность и динамизм. Научное употребление категории «политическая элита» основывается на вполне определенных общих представлениях о месте и роли политики и ее непосредственных носителей в обществе. Теория политической элиты исходит из равноправности и равно­ценности или даже приоритета политики по отношению к эко­номике и социальной структуре общества. Поэтому эта кон­цепция несовместима с идеями экономического и социально­го детерминизма, представленного, в частности, марксизмом, трактующим политику всего лишь как надстройку над эконо­мическим базисом, как концентрированное выражение эко­номики и классовых интересов. Из-за этого, а также вследст­вие нежелания правящей номенклатурной элиты быть объек­том научных исследований, понятие политической элиты в советском обществоведении рассматривалось как псевдонаучное и буржуазно-тенденциозное и в позитивном значении не употреб­лялось.

Первоначально в политической науке французский термин «элита» получил распространение в начале XX в. благодаря тру­дам Сореля и Парето, хотя идеи политического элитизма возник­ли вне Франции в глубокой древности. Еще во времена разложе­ния родового строя появляются взгляды, разделяющие общество на высших и низших, благородных и чернь, аристократию и про­стой люд. Наиболее последовательное обоснование и выражение эти идеи получили у Конфуция, Платона, Макиавелли, Карлей-ля, Ницше. Однако такого рода элитарные теории сколь-нибудь серьезного социологического обоснования еще не получили. Пер­вые современные, классические концепции элит возникли в кон­це XIX — начале XX в. Они связаны с именами Гаэтано Моски, Вильфредо Парето и Роберта Михельса.

Выдающийся итальянский социолог и политолог Моска (1858—1941) попы­тался доказать неизбежное деление любого общества на две не­равные по социальному положению и роли группы. В 1896 г. в «Основах политической науки» он писал: «Во всех обществах, начиная с самых среднеразвитых и едва достигших зачатков ци­вилизации и кончая просвещенными и мощными, существуют два класса лиц: класс управляющих и класс управляемых. Пер­вый, всегда относительно малочисленный, осуществляет все по­литические функции, монополизирует власть и пользуется при­сущими ему преимуществами, в то время как второй, более много­численный, управляется и регулируется первым <...> и поставля­ет ему <...> материальные средства поддержки, необходимые для жизнеспособности политического организма».

Моска проанализировал проблему формирования политичес­кой элиты и ее специфических качеств. Он считал, что важней­шим критерием вхождения в нее является способность к управ­лению другими людьми, т.е. организаторская способность, а так­же выделяющее элиту из остальной части общества материаль­ное, моральное и интеллектуальное превосходство. Хотя в целом этот слой наиболее способен к управлению, однако не всем его представителям присущи лучшие, более высокие по отношению к остальной части населения качества.

Отмечая сплоченность группы управляющих и ее господству­ющее положение в обществе, Моска называл ее политическим классом. Этот класс подвержен постепенным изменениям. Су­ществуют две тенденции в его развитии: аристократическая и де­мократическая. Первая из них проявляется в стремлении поли­тического класса стать наследственным если не юридически, то фактически. Преобладание аристократической тенденции приво­дит к «закрытию и кристаллизации» класса, к его вырождению и, как следствие, к общественному застою. Это в конечном счете влечет за собой активизацию борьбы новых социальных сил за занятие господствующих позиций в обществе.

Вторая, демократическая тенденция выражается в обновле­нии политического класса за счет наиболее способных к управле­нию и активных низших слоев. Такое обновление предотвращает дегенерацию элиты, делает ее способной к эффективному руко­водству обществом. Равновесие между аристократической и де­мократической тенденциями наиболее желательно для общества, ибо оно обеспечивает как преемственность и стабильность в ру­ководстве страной, так и его качественное обновление.

Концепция политического класса Моски, оказав большое влия­ние на последующее развитие элитарных теорий, подвергалась критике за некоторую абсолютизацию политического фактора (принадлежности к управленческому слою) в социальном струк­турировании общества, за недооценку роли экономики. Приме­нительно к современному плюралистическому обществу такой под­ход во многом неправомерен. Однако теория политического класса нашла неожиданное подтверждение в тоталитарных государст­вах. Здесь политика приобрела главенствующее положение над экономикой и всеми другими сферами общества и в лице номен­клатурной бюрократии сформировался прообраз «политического класса», описанного Моской. В тоталитарных государствах вхож­дение в политическую номенклатуру, приобщение к власти и уп­равлению стали первопричиной экономического и социального господства «класса управляющих».

Независимо от Моски примерно в это же время теорию политических элит разрабатывал Парето (1848—1923). Он, как и Моска, исходил из того, что миром во все времена правило и должно править из­бранное меньшинство — элита, наделенная особыми качествами: психологическими (врожденными) и социальными (приобретен­ными вследствие воспитания и образования). В «Трактате по об­щей социологии» он писал; «Нравится это некоторым теорети­кам или нет, но человеческое общество неоднородно и индивиды различны физически, морально и интеллектуально». Совокупность индивидов, чья деятельность в той или иной сфере отличается эффективностью, высокими результатами, и составляет элиту.

Она делится на правящую, прямо или опосредованно (но эф­фективно) участвующую в управлении, и неправящую — контр­элиту — людей, обладающих характерными для элиты качества­ми, но не имеющих доступа к руководству из-за своего социаль­ного статуса и различного рода барьеров, существующих в обще­стве для низших слоев.

Правящая элита внутренне сплочена и борется за сохранение своего господства. Развитие общества происходит посредством периодической смены, циркуляции двух главных типов элит — «лис» (гибких руководителей, использующих «мягкие» методы руководства: переговоры, уступки, лесть, убеждение и т.п.) и «львов» (жестких и решительных правителей, опирающихся пре­имущественно на силу).

Изменения, происходящие в обществе, постепенно подрыва­ют господство одного из этих типов элиты. Так, властвование «лис», эффективное в относительно спокойные периоды исто­рии, становится непригодным в ситуациях, требующих решитель­ных действий и применения насилия. Это ведет к росту недо­вольства в обществе и усилению контрэлиты («львов»), которая с помощью мобилизации масс свергает правящую элиту и устанав­ливает свое господство.

Крупный вклад в развитие теории политических элит внес Р. Михельс (1876—1936). Он исследовал социальные механизмы, порождающие элитарность общества. В основном солидаризируясь с Моской в трактовке причин элитарности, Михельс особо выделяет организаторские способности, а также организационные структуры общества, усиливающие элитарность и возвышающие управляющий слой. Он сделал вывод, что сама организация общества требует элитарности и закономерно вос­производит ее. В обществе действует «железный закон олигархических тенденций». Его суть состоит в том, что неотделимое от обществен­ного прогресса развитие крупных организаций неизбежно ведет к олигархизации управления обществом и формированию элиты, поскольку руководство такими объединениями не может осущест­вляться всеми их членами. Эффективность их деятельности тре­бует функциональной специализации и рациональности, выделе­ния руководящего ядра и аппарата, которые постепенно, но не­избежно выходят из-под контроля рядовых членов, отрываются от них и подчиняют политику собственным интересам, заботятся в первую очередь о сохранении своего привилегированного по­ложения. Рядовые же члены организаций недостаточно компе­тентны, пассивны и проявляют равнодушие к повседневной по­литической деятельности. В результате любой, даже демократи­ческой организацией всегда фактически правит олигархическая, элитарная группа. Такие наиболее влиятельные группы, заинте­ресованные в сохранении своего привилегированного положе­ния, устанавливают между собой различного рода контакты, спла­чиваются, забывая об интересах масс.

Из действия «закона олигархических тенденций» Михельс де­лал пессимистические выводы относительно возможностей де­мократии вообще и демократизма социал-демократических пар­тий в частности. Демократию же он фактически отождествлял с непосредственным участием масс в управлении.

В трудах Моски, Парето и Михельса понятие политичес­кой элиты получило уже достаточно ясные очертания. Были намечены ее важнейшие свойства, параметры, позволяющие раз­граничивать и оценивать различные элитарные теории совре­менности (эти параметры будут использоваться ниже). К ним относятся: 1) особые свойства, присущие представителям эли­ты; 2) взаимоотношения, существующие внутри элитарного слоя и характеризующие степень его сплоченности, интеграции; 3) от­ношения элиты с неэлитой, массой; 4) рекрутирование элиты, т. е. как и из кого она образуется; 5) роль (конструктивная или деструктивная) элиты в обществе, ее функции и влияние.

.

Назад