b) Структура социологии знания и характер ев выводов

Приведенные примеры послужат нам в дальнейшем для того, чтобы выявить специфическую структуру анализа в области социологии знания и его своеобразный характер.

Особый подход социологии знания. Два человека, которые ведут дискуссию в одной плоскости мышления, соот¬ветствующей одинаковым историко-социальным условиям, могут и неизбежно будут вести эту дискуссию иначе, чем два дру¬гих человека, выступающих с различных социальных позиций.

Эти два типа дискуссии (между социально и духовно гомогенными партнерами, с одной стороны, и между социаль¬но и духовно гетерогенными партнерами - с другой) следует резко различать. И не случайно это различение стало эксплицитной проблемой нашего времени. Макс Шелер определил однажды наше время как «эпоху выравнивания», что в приме¬нении к нашей проблематике означает: если прежние соци¬альные группировки существовали в большей или меньшей изоляции, при которой каждая из них стремилась абсолютизи¬ровать себя и сферу своего мышления, то теперь они в той или иной форме сталкиваются друг с другом. Не только Вос¬ток и Запад, не только различные народы Западного мира, но и различные раньше более или менее замкнутые слои обще¬ства и, наконец, различные профессиональные группы внутри этих слоев, круги интеллектуалов этого резко дифференциро¬ванного мира, - все они выброшены теперь из своего само собой разумеющегося состояния незыблемого покоя и вынуж¬дены бороться, чтобы отстоять себя и продукты своего духа от натиска гетерогенных групп.

Но как они ведут эту борьбу? В той мере, в какой речь идет о борьбе духовных сил, она, за редкими исключениями, ве¬дется таким образом, что аргументы ее участников не сталкива¬ются, а идут параллельно, т.е., несмотря на большую или мень¬шую осведомленность каждой стороны о том, что дискутирующий с ней индивид, будучи представителем другой социальной группы, тем самым является совершенно другим по всему складу своей духовной структуры, дискуссия по конкретному вопросу ведется так, будто несогласие заключено только в понимании данного объекта, в котором здесь и теперь крис¬таллизовалось столкновение сторон, будто здесь противостоят друг другу не два различных мировоззрения, а только две раз¬личные точки зрения по дискутируемому вопросу.

Из вышесказанного следует, что между гетерогенными партнерами могут быть столкновения двух типов. В одном случае вся полнота различия и его структура создают лишь смутно раз¬личимый фон конкретной дискуссии. Все помыслы и аффекты ее участников кристаллизуются здесь в одной определенной точке, в «вещи», смысл которой в большей или меньшей сте¬пени различен для каждого из них, поскольку каждый участник дискуссии воспринимает ее в рамках своего общего понима¬ния мира; функция же этой вещи в миропонимании противни¬ка остается для него в значительной степени скрытой. Отсюда и неизбежность для «эпохи выравнивания» такого явления, как параллельная аргументация.

Однако возможно и столкновение другого рода, когда гетерогенные партнеры вступают в дискуссию с намерением использовать любое теоретическое несогласие для того, что¬бы посредством последовательного углубления взаимного непонимания показать, в чем в действительности состоят ос¬новополагающие различия, выявить все различие предпосы¬лок, которые имплицитно содержатся в аспектах обеих сторон как следствие их различных экзистенциальных позиций и именно поэтому исключают возможность непосредственной конфронтации мнений.

В подобных случаях специалист в области социологии знания подходит к высказываниям противника не так, как это обычно делается, т.е. не отвечает прямо на его аргументы, а пытается понять его самого и определить аспект его видения как функцию данной социальной позиции.

Специалиста в области социологии знания часто упре¬кают в том, что он игнорирует аргументы, «объект», о котором идет речь, стремясь вместо этого постигнуть основу мышле¬ния дискутирующего индивида в ее целостности и тем самым показать, что она является лишь одной из возможных основ мышления и ведет лишь к частичному пониманию объекта. Из вышесказанного очевидно, что в определенных случаях это игнорирование аргументации противника законно тогда, когда ввиду отсутствия общей основы не может быть и общего «объекта». Целью социологии знания и является устранить параллелизм аргументов в споре между антагонистическими противниками: для этого с помощью вопросов, поставленных в определенной последовательности, внимание концентриру¬ется на выявлении источника частичных различий - пробле¬ма, которая не может оказаться в поле зрения дискутирую¬щих, пока их непосредственной темой является то, что приня¬то рассматривать как «объект» дискуссии. Нет, вероятно, не¬обходимости указывать на то, что методы специалиста в области социологии знания, направленные на выявление ос¬новы мышления и социальной позиции участников дискуссии, оправданы лишь в том случае, если действительно существу¬ет непреодолимое различие аспектов (и в той мере, в какой оно существует), которое находит свое выражение в полном взаимном непонимании. Если же дискуссия проходит в рамках одной плоскости мышления и на общей основе, все это совершенно не нужно; такого рода методы, примененные без соответствующей необходимости, могут привести к попыткам отклониться от обсуждения вопроса.

Процесс дистанцирования как предпосылка социо¬логии знания. Для сына крестьянина, который вырос в узком деревенском кругу и прожил всю жизнь в своей родной дерев¬не, мыслить и говорить так, как это принято в его деревне, нечто само собой разумеющееся. Но для сына крестьянина, переселившегося в город и приспособившегося к условиям городской жизни, деревенский образ жизни и мышления не является больше чем-то само собой разумеющимся. Он дистанцировался от деревенской жизни и отличает теперь, быть может, вполне осознанно «деревенский» образ мышления и деревенские представления от «городских». В этом различении заключены первые проявления того подхода, который социология знания стремится расширить и утвердить. То, что внутри группы считается абсолютным, воспринимается извне как нечто, обусловленное ситуацией этой группы, как частич¬ное (в нашем примере как «деревенское»). Предпосылкой для этого типа познания служит, как мы видели, дистанцирование.

Это дистанцирование может быть достигнуто сле¬дующим образом:

a) посредством того, что один из конкретных носителей групповых ценностей и идей (членов группы) отделяется от груп¬пы (восхождение по социальной лестнице, эмиграция и т.п.);

b) посредством сдвига социальной основы всей группы по отношению к ее традиционным нормам и институтам;

c) вследствие того, что в одной социальной сфере борют¬ся друг с другом две (или более) социально обусловленные ин¬терпретации мира и взаимной критикой настолько выявляют сущность друг друга и настолько дистанцируются друг от дру¬га, что постепенно видение с определенной дистанции (при котором обнаруживаются экзистенциальные и системные кон¬туры противостоящих друг другу типов мышления) становится для всех позиций сначала возможностью, а затем признанным способом мышления. Мы уже указывали на то, что соци¬альный генезис социологии знания покоится, в первую оче¬редь, на последних упомянутых здесь возможностях.

Феномен реляционирования. После всего сказанного едва ли может еще возникнуть сомнение в том, что имеется в виду, когда метод социологии знания опеределяется как «реляционирование». Урбанизированный сын крестьянина, кото¬рый характеризует какое-либо определенное (политическое, ми¬ровоззренческое, социальное) высказывание своих родственни¬ков как «деревенское», не обсуждает уже данное высказыва¬ние с позиций гомогенного участника дискуссии, т.е. не руководствуется непосредственным содержанием сказанного;

теперь он соотносит это высказывание с определенной интер¬претацией мира, а ее, в свою очередь, с определенной соци¬альной структурой как ее предпосылкой. Он реляционирует его. В дальнейшем мы еще вернемся к тому, что тем самым это высказывание отнюдь не объявляется ложным. Социоло¬гия знания отличается от того, что в своей начальной стадии наблюдается теперь довольно часто, лишь постольку, поскольку она сознательно и систематически ставит применительно ко всем проявлениям духовной сферы без исключения следую¬щий вопрос: с какой социальной структурой связано их воз¬никновение и значимость? Отождествлять это отнесение от¬дельных духовных образований ко всей структуре определен¬ного исторического и социального субъекта с философским релятивизмом (с учением, отрицающим наличие масштабов и порядка в мире), столь же неверно, как применять понятие «релятивизм» (в смысле чистой случайности) к теории, со¬гласно которой все измерения тел восходят к созданному све¬том отношению между измеряющим и измеряемым. Реляционизм не означает, что дискуссии не могут привести к опреде¬ленному решению; в его основе лежит уверенность, что в силу самой природы определенных высказываний они могут быть сформулированы не абсолютно, а лишь в рамках социально обусловленного аспекта познания.

Феномен партикуляризации. После того как реляционирование, совершаемое социологией знания, было описано как фактически совершаемый акт мышления, неизбежно возникает вопрос: в чем же смысл подобного акта отнесения к социальной позиции, на что он направлен и какова значимость определенным образом соотнесенного высказывания? (Что сказано об истин¬ности какого-либо теоретического положения, если доказано, что его следует отнести к либерализму или марксизму?)

На этот вопрос могут быть даны два или даже три ответа.

a) Можно утверждать, что выявление социальной обус¬ловленности какого-либо высказывания, которое предлагается в качестве абсолютного, влечет за собой отрицание его зна¬чимости. И в самом деле, в социологии знания и теории идео¬логии существует течение, которое превращает такого рода выявление в средство деструкции взглядов противника или в средство общей деструкции.

b) Возможно и противоположное суждение, сущность которого состоит в том, что метод социологии знания совер¬шенно не затрагивает степень истинности суждения, ибо гене¬зис утверждения Не влияет на степень его значимости. То об¬стоятельство, что данное высказывание либерально или консер¬вативно, не имеет никакого отношения к тому, правильно ли оно.

c) Существует и третья возможность судить о ценности суждений в области социологии знания, и она отражает нашу точку зрения. Согласно этой точке зрения, первое суждение упускает из виду то обстоятельство, что чисто фактическое определение социальной позиции и ее идентификация еще не содержит оценки, содержащейся в высказывании истины; в этом акте только содержится предположение, что данное выс¬казывание может быть частичным. Что касается второго суждения, то, согласно нашей точке зрения, неправильно счи¬тать задачей социологии знания простое описание действи¬тельных условий возникновения данного высказывания (его фактический генезис); доведенный до своего завершения и до конца продуманный анализ в области социологии знания все¬гда устанавливает границы содержания и структуры анализируемой точки зрения; или, выражая это терминологи¬чески, не только реляционирует, но и партикуляризирует в каждом данном случае видение и значимость. К пояснению этого мы еще вернемся.

В нашем примере с крестьянским парнем было доста¬точно ясно показано, в чем состоит основная цель социологии знания. Если этот крестьянский парень приходит к выводу, что его прежнее восприятие было «деревенским» и дает ему та¬кое наименование, противопоставляя его «городскому», то в этом уже сквозит понимание того, что различные восприятия носят частичный характер не только в том смысле, что они возникают под различным углом зрения и что их основой яв¬ляются различные сегменты тотальной реальности, но и в том смысле, что направленность восприятия и степень постиже¬ния присущи различным точкам зрения, обусловлены жизненной сферой, в которой они возникли и для которой они значимы.

Следовательно, уже на этой ступени реляционирование переходит в партикуляризацию, ибо в рамках этого про¬цесса высказывание не только соотносится с определенной позицией, но в ходе этого соотнесения совершается и ограни¬чение значимости тех высказываний, которые раньше счита¬лись абсолютными.

В последовательно разработанной социологии знания применяется по существу тот же прием, который мы иллюст¬рировали нашим примером с крестьянским парнем, только в сочетании с методическим контролем. С помощью последова¬тельно проведенного анализа аспекта познания партикуляри¬зация обретает путеводную нить и критерии соотнесения; степень постижения, присущая различным точкам зрения, становится доступной измерению и ограничению посредством изучения   категориального аппарата, присущих им смысло¬вых значений и т.д. Тенденция, свойственная определенной социальной позиции (т.е. направленность и установка, обус¬ловленные коллективной волей), становится доступной все более однозначному определению, а конкретная причина того, что в одной и той же сфере опыта возникают картины в различ¬ных перспективах, обусловленных различными позициями, ста¬новится доступной пониманию и методическому контролю.

По мере того как методы социологии знания будут стано¬виться более тонкими, конкретное определение частичности по¬стижения превратится в орудие измерения, применяемое в сфере духовной жизни. Посредством партикуляризации соци¬ология знания выходит, следовательно, за рамки первичного ус¬тановления фактов, которым ограничивается простое реляционирование. Анализ, цель которого предначертана социологией зна¬ния, всегда достигает той стадии, на которой социология знания выходит за рамки простого социологического описания того, как определенные взгляды вышли из определенной среды, и достигает уровня критического переосмысления, ибо она реконструирует силу постижения и ее границы в отдельных высказываниях. Следовательно, анализ в сфере социологии знания совсем не является иррелевантным для понимания смысла высказываемых утверждений, но его нельзя считать и исчерпывающим, поскольку установление границ частичного видения само по себе не может заменить непосредственное столкновение мнений в полемике и изучение фактов. Таким обра¬зом, оценивая выводы социологии знания, следует сказать, что по своей смысловой значимости они занимают неведомое нам ранее промежуточное положение в установлении истины, поло¬жение между иррелевантностью и полной релевантностью (это может быть показано с помощью феноменологического анализа общей направленности социологии знания и ее методов иссле¬дования). Анализ, применяемый социологией знания, служит лишь подготовкой к прямой дискуссии в эпоху, которая обна¬ружила разнородность своих позиций, отсутствие подлинной единой основы мышления и прилагает усилия для создания единства на более высоком уровне.

.

Назад