Сноски

[1] Сирико Р., Моральные основы рыночной деятельности. // Христианские основы экономической деятельности.  М., 2001. С. 44.

[2] Kettner M. (Hrsg.), Angewandte Ethik als Politikum. Frankfurt, 2001.  С. 17.

[3] Koslowski P., Markt und Demokratie als Diskurse. Grenzen diskursiver gesellschaftlicher Koordination. // Koslowski P. (Hrsg.), Individuelle Freiheit und demokratische Entscheidung. Tübingen, 1989. С. 48.

[4] Ulrich P., Transformation der ökonomischen Vernunft: Fortschrittsperspektiven der modernen Industriegesellschaft. Stuttgart, 1993.

[5] Там же. С. 221.

[6] Ulrich P., Die Weiterentwicklung der ökonomischen Rationalität – zur Grundlegung der Ethik der Unternehmung. // Biervert B., Held M. (Hrsg.), Ökonomische Theorie und Ethik. Frankfurt/N.Y., 1987. С. 130 и далее.

[7] Там же. С. 139.

[8] Ulrich P., Transformation der ökonomischen Vernunft: Fortschrittsperspektiven der modernen Industriegesellschaft. Stuttgart, 1993. С. 244-245.

[9] Там же. С. 379.

[10] Эксклюзивность – у Ульриха понятие, противоположное понятиям общественности и публичности (Öffentlichkeit).

[11] Там же. С. 382.

[12] Там же. С. 376.

[13] В отношении мелкого и среднего капитала в концепции Ульриха продолжали бы действовать нормы либерального капитализма. Таким образом, экономико-политическая теория нейтрализация капитала направлена на крупные, преимущественно транснациональные корпорации глобализирующейся экономики.

[14] Там же. С. 383.

[15] Apel K.-O., Diskurs und Verantwortung. Frankfurt a. M., 1988. С. 296.

[16] Козловски П., Принципы этической экономии, СПб., 1999; Он же, Koslowski P., Markt und Demokratie als Diskurse. Grenzen diskursiver gesellschaftlicher Koordination. // Koslowski P. (Hrsg.), Individuelle Freiheit und demokratische Entscheidung. Tübingen, 1989.

[17] Koslowski P., Markt und Demokratie als Diskurse. Grenzen diskursiver gesellschaftlicher Koordination. // Koslowski P. (Hrsg.), Individuelle Freiheit und demokratische Entscheidung. Tübingen, 1989. С. 48.

[18] Buchanan J., Individual Choice in Voting and the Market. // Journal of Political Economy, 62, 1954. С. 333.

[19] В отличие от торговли, коммуникация, относящаяся к хозяйственным отношением производства, не отличается существенно от иерархических дискурсов управления и господства.

[20] Столь же знакома, как и утопична, попытка Ульриха распространить обобществление собственности лишь на крупных собственников, не затрагивая мелких.

[21] Освобожденные от собственности, люди не могли становиться самостоятельными агентами рыночных дискурсов, продавать свою рабочую силу, интеллектуальную собственность и т.д.; они превращались в вид трудовых ресурсов и без остатка попадали в компетенцию политической формы дискурсов власти.

[22] На наш взгляд, только при условии приоритета частной собственности получает смысл институт общественной (по Ульриху, корпоративной) собственности: ведь в нем просто совершается распространение на совокупность людей личной ответственности, обусловленной частным распоряжением собственностью. Исходя из прагматической теории, ответственность может возникать только перед всем коммуникативным сообществом – со стороны его участников. Все общество не может нести перед собой «ответственность» и обращать по отношению к себе самому санкции, а просто страдает и гибнет.

[23] Козловски: «Теория консенсуса Хабермаса систематически недооценивает проблемы расходов на поиск консенсуса, выигрыш в рациональности посредоством профессионализации политики и возникающие расходы на участие в дискурсах». Koslowski P., Markt und Demokratie als Diskurse. Grenzen diskursiver gesellschaftlicher Koordination. // Koslowski P. (Hrsg.), Individuelle Freiheit und demokratische Entscheidung. Tübingen, 1989. С. 57-58.

[24] Деформации реального коммуникативного сообщества и его асимметрия имеет в современную эпоху преимущественно экономическую природу, что будет показано при анализе экономической глобализации.

[25] Там же. С.  56.

[26] Там же. С. 71-74.

[27] Массовый спрос как мотор роста экономики сыграл исключительно благотворную роль в истории. Он смог сделать товары доступными и создать экономику высоких объемов и низких затрат. Parkin F., Middle Class-Radicalism, Manchester, 1968; Vester M., Die „Neuen Plebeher“. Thesen zur Klassen- und Schichtsstruktur und zu den Entwicklungsperspektiven der neuen sozialen Bewegungen. // Hartwich H.-H. (Hg,), Gesellschaftliche Probleme als Anstoß und Folge von Politik. Opladen, 1983. C. 213-224.

[28] Для стран с рыночной экономикой характерен дуализм «культуры потребления» и «культуры производства». Если последняя является культурой труда, дисциплины, аскезы, усилия, то первая – культурой наслаждения, удовольствия, развлечений. Это естественное следствие дифференциации между частной жизнью и участием в общественном производстве. В культурах, в которых это разделение еще развито недостаточно, оно ведет к глубоким внутрикультурным конфликтам. См. Панарин А.С., Цивилизационный процесс в России: опыт поражения и уроки на завтра // Знамя. 1992. № 7.

[29] Козловски приводит пример вложений в недвижимость ради защиты от инфляции: если так начинает действовать большая часть участников рынка, это приводит лишь к галопирующей инфляции и к эффекту, обратному ожидаемому. Подобные эффекты часты на бирже.

.

Назад