8.1. Определение и типология коммуникационных потребностей

Существует причинно-следственная связь между по­требностью (П) и деятельностью (Д), выражаемая зави­симостью П → Д. Потребность есть источник и побужда­ющий фактор всякой человеческой деятельности. Нет по­требности — нет деятельности; есть деятельность, значит, есть потребность. Деятельность нельзя глубоко и всесто­ронне понять без познания обусловившей ее потребности. Не зная потребностей, вызвавших те или иные действия, мы не можем судить об их целесообразности и эффектив­ности. И наоборот, потребность нельзя понять из нее са­мой, для раскрытия ее сущности и особенностей нужно осмысливать ее в свете той деятельности, которую она обусловила.

В главе 2 были рассмотрены виды, уровни и формы коммуникационной деятельности; в главе 3 охарактери­зованы индивидуальная, групповая и социальная память, т.е. мнемическая деятельность; в главе 4 речь шла о раз­личных родах социальной коммуникации, коммуникационных каналах и их функциях. Ясно, что многообразие коммуникационных действий не случайно, а причинно обусловлено, и причина скрывается в тех типах и видах потребностей, которые воздействуют  на коммуникантов и  реципиентов. Но зависимость П → Д вовсе не прямая. Мы не приблизились бы к пониманию сути коммуникационных действий, если бы сделали вывод, что микрокоммуникация побуждается микропотребностями, а макрокоммуникация — макропотребностями, что подражание обуслов­лено «подражательной способностью», а групповая па­мять — групповой мнемической потребностью.

Дело в том, что «потребность» — это абстракция, а не реальная вещь или действие. Коммуникационные дей­ствия можно наблюдать, фиксировать, начинать и прекра­щать. Коммуникационную потребность нельзя воспри­нять органами чувств, нельзя увидеть или услышать. Тем не менее она существует реально в качестве причины ре­альных действий. Чтобы познать коммуникационные по­требности, нужно, во-первых, уяснить, что есть «потреб­ность вообще», во-вторых, определить, каким субъектам свойственны коммуникационные потребности, в-третьих, построить типизацию коммуникационных потребностей, оттолкнувшись от которой можно углубить знание о по­требностях. Займемся решением этих задач.

Категория «потребность» может считаться межнауч­ной категорией, поскольку она распространена в биоло­гических, общественных и гуманитарных науках. Особен­но активно изучением потребностей занимаются: биоло­гия и физиология, психология, экономика, социология, научная информатика, библиотековедение, наконец, со­циальная философия. Беда в том, что толкования потреб­ностей, даваемые в этих науках, носят печать «отраслево­го местничества» и рассчитаны на использование только в данной отрасли знания. Психологи, изучая направлен­ность личности, опасаются впасть в «социологизм»; соци­ологи открещиваются от «психологизма», а экономисты, обращаясь к личностным потребностям или интересам социальных групп, стремятся избежать и «психологизма», и «социологизма». Если же делаются попытки ответить на вопрос «что такое потребность вообще?», то потреб­ность определяется как «состояние нужды», «необходи­мость в определенных условиях», «противоречие между имеющимся и необходимым», «дефицит в чем-либо суще­ственном» и т. п. Эти формулировки невразумительны и страдают тавтологичностью, ибо понятия «нужда», «не­обходимость», «дефицит» содержательно близки к поня­тию потребность и поэтому не способны прояснить его сущ­ность, кроме того, теряется из виду зависимость П → Д, что вуалирует значимость потребностей в жизнедеятельнос­ти субъектов. Поэтому мы вынуждены собственными си­лами вырабатывать дефиницию «потребности вообще». Оттолкнемся от наиболее общих и очевидных посылок.

Потребности свойственны только живым организмам и социальным общностям, следовательно, потребность — ат­рибут жизни, отличительное свойство живого. Важно отме­тить, что это свойство является функциональным, т. е. вы­полняет определенные функции в жизнедеятельности жи­вых систем.

Живые системы, являющиеся носителями потребностей, существенно различны, более того, они относятся к качест­венно отличным уровням организации материи — биологи­ческому, психологическому и социальному. Имеются три рода субъектов (носителей) потребностей:

• биологические организмы — растения, низшие и высшие животные, осуществляющие обмен веществ с внешней средой бессознательно;

• человек — личность, обладающая индивидуальным психическим миром;

• социальные общности — социальные группы, кол­лективы, этносы, многонациональные общества, ко­торые отличаются общественным сознанием (мен­талитетом), являющимся не суммой индивидуаль­ных сознаний, а особым надличностным духовным образованием.

Каждому роду живых систем свойственны специфичес­кие механизмы формирования, переживания и удовлетво­рения потребностей. Достаточно вспомнить, что поведение человека регулируется эмоционально окрашенной и рационально обоснованной потребностно-мотивационной сфе­рой, которая отсутствует у животных, а на социальном уровне приобретает иное содержание. Так, интересы лично­сти нельзя отождествлять с общественными интересами — это совершенно разные психологические явления. Тем не менее функции потребностей одинаковы для всех живых систем, функций этих две: сигнальная (отражательная) и побуждающая.

В чем суть этих функций?

Живые существа и их сообщества представляют собой динамические саморегулирующиеся и саморазвивающиеся системы. Саморегулирование направлено на сохранение устойчивости при изменении внешней или внутренней сре­ды. Источником саморазвития являются противоречия, свойственные внутренней организации. Сигнальная функ­ция потребности заключается в выработке сигнала о воз­никновении рассогласований, как внешних — между имею­щимися условиями внешней среды и условиями, потреб­ными для нормального существования данной системы, так и внутренних — нарушение внутренней стабильности жизненных процессов (недостаток питательных веществ, дестабилизации психического мира и т. п.). Основой сиг­нальной функции является свойство отражения, прису­щее живой материи, поэтому сигнальную функцию мож­но назвать отражательной.

Сигнал о наличии рассогласований может восприни­маться бессознательно нервной системой или осмысливать­ся сознанием человека либо общественным сознанием. В любом случае он является не пассивным отражением сло­жившейся ситуации, а обладает активной побуждающей силой. Побуждающая функция потребности проявляет­ся в активизации живой системы к определенным дей­ствиям для компенсации рассогласования. Сигнал о рас­согласовании субъективно переживается в виде физиоло­гических чувств (голод, жажда, холод и т.п.) и в виде психических состояний неудовлетворенности, беспокойства, раздражения. Когда рассогласование устраняется, по­требность дезактивируется и ее побуждающее воздействие затухает, с тем чтобы возникнуть снова при новом цикле рассогласования.

Исходя из сказанного, получается следующая дефини­ция: потребность — это функциональное свойство жи­вых систем активно реагировать на рассогласование меж­ду наличными и нормальными внешними и внутренними условиями их жизнедеятельности. Или, другими слова­ми, потребность — это особые способности, активизиру­ющие другие способности живых систем при появлении рассогласований, нарушающих стабильность жизненных процессов. До тех пор, пока не возникли рассогласования, потребность себя не проявляет, она существует в потенции. Поэтому Г. Гегель говорил: «потребность есть связь со все­общим механизмом и абстрактными силами природы».

Данная дефиниция чужда отраслевой (психологичес­кой, социологической и т. д.) ограниченности; она явля­ется межнаучной в полном смысле слова, и поэтому мо­жет служить основой для определения коммуникацион­ной потребности. Коммуникационная потребность — функциональное свойство субъектов активно реагиро­вать на рассогласование между наличным и нормальным состоянием их сознания. Под «состоянием сознания» по­нимается содержание сознания, которое образуют знания, умения, эмоции, стимулы, контролируемые сознанием (со­держание бессознательной части менталитета исключает­ся). Коммуникационная потребность побуждает субъект к коммуникационной деятельности, чтобы привести содер­жание сознания к желательному состоянию. Определение коммуникационной потребности отличается от дефиниции потребности вообще в следующих отношениях:

• Коммуникационная потребность свойственна не любым живым системам, а лишь обладающим сознанием субъектам, которые способны осуществлять коммуникаци­онную деятельность. Как показано в разделе 2.2, такими субъектами являются: индивидуальная личность (И), со­циальная группа (Г) и массовая совокупность в виде об­щества в целом (М).

• Коммуникационная деятельность есть движение смыслов в социальном пространстве, и она способна удов­летворить коммуникационную потребность только в том случае, если последняя осознается субъектом как недоста­ток знаний, умений или других смыслов, т. е. как неполнота содержания сознания. Поэтому в определении коммуникационной потребности говорится о рассогласовании между наличным и нормальным состоянием сознания субъектов.

Теперь приступим к типологизации коммуникационных потребностей, и будем производить ее по двум основаниям:

• По субъектам-носителям коммуникационных по­требностей, которые могут выполнять роли коммуникан­тов или реципиентов. Выявилось три типа таких субъек­тов: И — индивидуальная личность, Г — целевая социальная группа, М — общество в целом.

• По происхождению потребности делятся на три типа: А — абсолютные, В — вторичные, С — спонтанные, кото­рые обосновываются следующей гипотезой.

Индивидуальная личность, целевая социальная группа, общество в целом обладают исходным (обозримым и исчис­лимым) количеством естественных (базовых, первичных, врожденных, изначальных) потребностей, которые имену­ются абсолютными (А-потребности). Состав А-потребностей диктуется внешними условиями возникновения и существования субъекта, прежде всего — генетической про­граммой или программой социогенеза. От самого объекта состав потребностей не зависит. Среди А-потребностей пред­ставлены коммуникационные потребности определение перечня которых входит в нашу задачу. Абсолютные потребности заложены в генетических программах, подобно спо­собности людей к прямохождению. А-потребности целевых  групп устанавливаются в ходе формирования этих групп причем коммуникационные А-потребности свойственны не всем целевым группам, а только тем, Которые предназначены для выполнения коммуникационной деятельности Общественные А-потребности закономерно формируются в процессе социогенеза, и среди них коммуникационные потребности представлены в обязательном порядке.

Во время удовлетворения А-потребности у субъекта возникает потребность в некоторых средствах (инструмен­тах) для решения тех или иных практических задач. Такие потребности именуются вторичными, вспомогательными (В-потребности), образуя как бы «второе поколе­ние» потребностей. Если обнаруживается потребность в знаниях, умениях, стимулах, короче — недостаток тех или иных смыслов, можно говорить о появлении коммуника­ционной В-потребности, для удовлетворения которой требуется коммуникационная или мнемическая деятельность. Целевые группы обладают ярко выраженными ком­муникационными В-потребностями. Так, переживаемое многими учеными ощущение информационного  кризиса — симптом обострения коммуникационной  В-потребности. Обратим внимание на следующую причинно-следственную связь: коммуникационная потребность, всегда инициирует коммуникационную деятельность; из некоммуникационной деятельности может вытекать коммуникационная потребность, а из коммуникационной деятельности — некоммуникационная  В-потребность.

Но этого мало. На базе первичных (А) и вторичных (В) потребностей у личностей и социальных субъектов возникают, так сказать, «третичные» (стихийные, случай­ные) потребности (С-потребности), которые сильно влияют на их поведение. Главное отличие С-потребностей от потребностей А и В в том, что они не объективны, а субъективны. С-потребности формируются в процессе индивидуальной жизнедеятельности субъекта, это итог личного опыта индивида или этнической истории социу­ма. Личностные интересы и привычки, социальные нор­мы и обычаи — примеры С-потребностей. Субъективная спонтанность С-потребностей обуславливает их разнооб­разие и невозможность априорного предвидения. Допус­тим, личностные коммуникационные С-потребности мо­гут проявляться в меломанстве, туризме, библиофильстве.

Резюмируем. Абсолютные потребности представляют собой первоисточник целенаправленной деятельности. Деятельность в свою очередь порождает В-потребности, для удовлетворения которых требуется другая деятель­ность и т. д. По мере накопления опыта, личных пристра­стий и отвращений развиваются С-потребности, стиму­лирующие новые виды деятельности. Получается причин­но-следственная цепочка:

А-потребность → Деятельность 1 → В-потребность → Де­ятельность 2 → ... → С-потребность → Деятельность 3 и т. д.

Например: Познавательная потребность (А) → Обу­чение → Потребность в чтении (В) → Чтение →... → Чи­тательский интерес (С) → Библиофильская деятельность.

При графическом изображении В- и С-потребностей, обусловленных одной абсолютной потребностью, получается древовидный граф, подобный генеалогическому дре­ву царственной династии. Суть типологической процеду­ры в данном случае состоит в  том, что различаются: А -основатели династий (корни генеалогического древа); В — несколько поколений, инициированных А — ветви древа; С — неожиданные побеги, образно говоря, —  «дети сво­бодной любви».

Гипотеза абсолютных, вторичных, спонтанных потреб­ностей распространяется лишь на человеческие, т. е. лич­ностные и социальные потребности, не охватывая потреб­ностей биологических, которые все имеют абсолютный ха­рактер.

В табл. 8.1 представлено общее сопоставление потреб­ностей разного происхождения. Типизация потребностей, учитывающая два типологических подхода (по субъектам-носителям и по происхождению), воспроизведена в табл. 8.2. Далее следует более подробное рассмотрение индивиду­ально-личностных, групповых и общественных коммуникационных потребностей.

Поскольку в составе каждого из девяти типов потреб­ностей, представленных в табл. 8.2, имеются коммуника­ционные потребности, можно считать эту типизацию ти­пизацией коммуникационных потребностей.

.

Назад