К вопросу о марксистской ориентации в социологии

В развитии отечественной социологии, начиная с конца 50-х годов и до середины 80-х, безусловно господ­ствовала марксистская ориентация. Сегодня, в условиях очевидного краха советской системы, возникает законо­мерный вопрос: не следует ли радикально отказаться от социально-философской концепции К. Маркса в пользу какой-то более адекватной социальной теории?

Естественно, что каждый ученый (в том числе и студент, будущий ученый) должен решать эту проблему самостоятельно. Социальные науки в нашем обществе освободились от оков идеологического и теоретического униформизма. Вместе с тем, избравшему профессию со­циолога полезно знать ближайшее прошлое своего науч­ного сообщества.4

4 См. в этой связи работу "Социология в России" [250].

К тому же выбор социально-теорети­ческой ориентации надлежит сделать достаточно осоз­нанно. Для этого мы полагаем необходимым вернуться к вопросу о марксистской ориентации социологии.

Выше мы говорили, что дискуссии о предмете социо­логии велись у нас преимущественно для того, чтобы вписать социологию в систему марксистского обще-ствознания. И прежде всего установления связей между социологическими исследованиями и социальной фило­софией марксизма — историческим материализмом. В итоге этих дискуссий была выработана так называемая трехуровневая концепция социологии: исторический материализм есть общесоциологическая теория, она за­дает типовой способ построения частносоциологических теорий, которые в свою очередь опираются на обобщение социальных фактов. Эта концепция, сыгравшая свою роль в становлении советской социологии, позволила ут­вердить статус конкретных социологических исследова­ний, но вместе с тем затруднила включение нашей нау­ки в процесс развития мировой социологии по двум главным причинам. Во-первых, в своих дискуссиях мы, по существу, отождествляли идеологическую социально-философскую и общесоциологическую функции теории Маркса. Во-вторых, главный акцент делался на "де­терминистской" стороне марксистской теории, тогда как "активистская" ее интерпретация, субъектно-дея-тельностный аспект либо оставался на втором плане, либо даже подвергался критике как остаточная гегель­янская позиция раннего Маркса, якобы преодоленная в его последующих зрелых произведениях и, прежде, всего в "Капитале".

Петр Штомпка справедливо подчеркивает, что именно принцип деятельностного изменения социального целого, развитый К. Марксом, наилучшим образом отвечает но­вым тенденциям в мировой теоретической социологии. К. Маркс писал: люди делают свою историю сами, но де­лают ее при определенных, уже сложившихся условиях. Вот как представляет П. Штомпка логику социологи­ческого подхода к пониманию социального целого и социальных процессов [367. Р. 22]. В каждый данный момент времени человеческая деятельность (продукт ре­ально обусловленных структурой экономических и соци-аль-ных отношений, включенность личности в целост­ность этих отношений) обнаруживает тенденцию к преоб­разованию, изменениям, самоорганизации и самоизмене­нию субъекта, обусловленным практической активностью (действиями) в сферах производства, всей общественной жизни. Практическая деятельность людей встроена в са­мую сущность социального субъекта, является его глав­ной потенцией. Она изменяет самого человека и усло­вия его бытия. В итоге сама деятельность радикально преобразуется как результат новой структурной обще­ственной организации, изменения, развития и ... начина­ет новый цикл социальных изменений.5

5 П. Штомпка отмечает, что в современной теоретической социоло­гии особо выделяют два главных аспекта: структурность общественно­го целого и деятельно-субъектное начало [367, гл. 13]. Именно эти принципы объединяют различные теоретические парадигмы последних лет: идею "морфогенеза", выдвинутую У. Бакли и развитую в работах М, Арчер, теорию "структурации" А. Гидденса, теорию социальных дви­жений А. Турена и др.

В разных исторических условиях социальным субъектом выступают разные его модусы. П. Штомпка называет несколько таких разновидностей социального субъекта: (а) массы, сообщества индивидов-социальных "акторов" (т. е. деятельных субъектов, выполняющих социально обусловленные функции), включенных в коллективное поведение; (б) социальные движения, орга­низованные коллективы, группы, сообщества, ассоциации, вовлеченные в коллективные действия; (в) "великие люди", деятельная потенция которых насыщается в дей­ствиях масс, их поддерживающих и следующих за ними; (г) облеченные законодательной властью руководители и лидеры, занимающие ведущее положение в организа­ционных структурах. Классы и классовая борьба как движущие силы истории выступают на первый план в определенных условиях. В других условиях, как в на­шей стране после 1985 г., это — социальные движения и т. д. Во всех случаях, однако, в центре социального целого — социальный субъект, источник структурных преобразований.

Законы общественного развития выражают процес­сы качественного преобразования. Между тем принцип развития отнюдь не отрицает всеобщей устойчивости форм социальных связей и социального взаимодей­ствия, в рамках которых совершается исторический процесс, каким бы он ни был. У Маркса — это последо­вательная смена социально-экономических формаций, в других теориях социального прогресса — развитие от традиционного к современному обществу (теории модер­низации) и далее — к постсовременному (постмодер­низм) или же движение от индустриального к постинду­стриальному (Ч. Ростоу) или "технотронному" (А. Тоффлер). Но вместе с тем все человеческие сообщества об­ладают свойствами самоорганизации и относительной устойчивости. Ни один социальный сдвиг не происхо­дит путем полного отрицания предшествующих форм социальных взаимосвязей. Человечество не рождается всякий раз заново. Поэтому законы развития обще­ственных систем не отменяют и не заменяют законов их функционирования, постоянного воспроизводства определенных структур и отношений в различных со­циальных сообществах. Теоретическая социология за­нимается не только исследованием развития и измене­ний общества, но и закономерностей его функциониро­вания, т. е. воспроизводства социальных взаимосвязей, общественных структур, образцов поведения6

6 Подходы к теоретическому осмыслению, интеграции этих двух ас­пектов социологического знания обсуждаются в работах П. Монсона [177] и П. Штомпки [294]. Первая из названных — вполне доступна для начинающего социолога, вторая — более сложная.

Марксистская ориентация в современной социоло­гии не представляет собою единого направления. Теория Маркса, выдающегося социального мыслителя, как бы раздвоилась. Марксова онтология (то есть анализ есте­ственно-исторического процесса как революционной смены общественных формаций) отошла к области по­литической теории — практики коммунистических партий. Гносеологический (т. е. познавательно-исследо­вательский) потенциал работ Маркса не только не уста­рел, но, напротив, остается важным источником разви­тия общесоциологической теории деятельностного, про­цессуального, активистски-субъектного ее направления, в котором современные теоретики социологии стремят­ся совместить стабилизирующие свойства общественных структур и дестабилизирующие действия социальных субъектов. Это, скажем, "активистское" направление в социологии конца нашего века, как мне представляется, имеет плодотворное будущее.

Однако вернемся к вопросу о предмете социологии, как он обсуждался в отечественной литературе послед­них десятилетий, то есть в рамках официальной марк­систской идеологии, что нашло отражение во многих учебных  пособиях вплоть до наших дней. Дискуссии о предмете социологии в отечественной литературе 60— 70-х гг. испытывали на себе не только влияние миро­воззренческих и идеологических факторов, но и прямого социального заказа. Так возникло определение социо­логии как науки, изучающей социальные отношения [96]. Толчком здесь послужило, по-видимому, стремле­ние придать социологии такую социально-прикладную направленность, которая могла бы гарантировать ее са­мостоятельность как особой науки, связанной с ориен­тацией на разработку долгосрочной социальной поли­тики и планов социального развития. Само выделение социальной сферы родилось в практике экономического и социального планирования.

Однако авторы, выделяющие в дефиниции предмета социологии понятие "социальная сфера", трактовали его значительно шире, "социологичнее", а именно указывали на то, что это область исследования гражданского обще­ства, отношений между группами людей, занимающих разное положение в обществе, различающихся не только неодинаковым участием в экономической и духовной жизни, источниками и уровнем дохода, но и структурой социального сознания, образом жизни [95].

.

Назад