6.1. Компетенция судебно-психологической экспертизы

Компетенция судебно-психологической экспертизы опреде­ляет рамки задаваемых эксперту вопросов, границы разрешае­мых им ситуаций и строго ограничена законом (УПК, ГПК и т. д.). В частности, эксперт-психолог решает вопросы, заданные ему следователем в постановлении, и не вправе выходить за рамки этих вопросов. В некоторых случаях необходима поста­новка дополнительных вопросов для разрешения какой-либо возникшей ситуации, тогда эксперт имеет право запросить сле­дователя (лицо, ведущее дознание) дополнить постановление, а в отдельных случаях — назначить дополнительную либо повтор­ную экспертизу. Закон, ограничивая компетенцию эксперта, тем самым устанавливает рамки решаемых им вопросов.

С точки зрения развития науки психологии и других смеж­ных наук (психиатрии, педагогики и т.п.) компетенция экспер­та-психолога ограничивается степенью развития научной мысли, последними научными разработками. Для наиболее полного и объективного заключения эксперт должен ознакомиться с мате­риалами дела (уголовного или гражданского), но в этом он мо­жет быть ограничен. Если лицо, ведущее дознание, предоставля­ет не весь необходимый материал, то эксперт вправе потребо­вать доступа ко всей необходимой ему информации.

С позиции иных отечественных психологов компетенция психологической экспертизы включает разрешение вопросов о достоверности показаний свидетеля, подозреваемого и т.д. Не­которые ученые полагают, что компетенция психологической экспертизы ограничивается лишь разрешением вопросов аффек­та (психологического) и выяснением факта, могло ли лицо осоз­навать характер действий, совершаемых им или над ним в слу­чаях экспертизы жертв изнасилования.

На наш взгляд, под компетенцией психологической экспер­тизы следует понимать совокупность поставленных перед экс­пертами задач, их возможностей и полномочий.

Пределы компетенции психологической экспертизы ограни­чены, с одной стороны, возможностями психологии в целом и ее конкретной отрасли, с другой — нормативным урегулирова­нием статуса экспертизы и эксперта в конкретной сфере. Воз­можно также ограничение компетенции экспертизы полномоч­ным должностным лицом или органом.

Нормативные акты, регулирующие назначение и производст­во экспертизы, рассчитаны на широкое число случаев и являют­ся универсальными. Так, в уголовном, гражданском, админист­ративном процессах действующие нормы регулируют назначение и проведение любой экспертизы, не выделяя психологическую.

Препятствием в деятельности экспертизы может явиться и воля субъекта, ее назначившего, поскольку он может оказаться недостаточно подготовленным в области психологии, слабо представляющим себе ее возможности и методы. С этим также бывает связана нечеткая, неточная формулировка вопросов и задач, которые ставятся перед экспертом. Последний, безуслов­но, должен подчиняться действующим нормам, особенно в том, что касается характера его взаимоотношений с субъектом, на­значившим экспертизу, требований к итоговому документу экс­пертного исследования и т. д.

Эксперт, проводящий психологическую экспертизу, не мо­жет вмешиваться в деятельность органа или должностного лица, назначившего экспертизу, однако он не должен быть и слепым орудием в их руках. Установив, например, что вопрос перед ним поставлен неправильно, узко, эксперт может обратиться к заин­тересованному субъекту за уточнениями, чтобы провести иссле­дование исходя из сегодняшних возможностей психологической

науки.

Судебно-психологическая экспертиза широко применяется в практике правоохранительных органов, однако вопрос ее компе­тенции до сих пор дискутируется как в юридической, так и в психологической литературе.

В одной из первых публикаций, посвященных данной про­блеме, указывалось, что судебно-психологическая экспертиза должна проводиться для установления:

• состояния сильного душевного волнения;

• уровня интеллектуального развития несовершеннолетнего;

• возможности субъекта давать правильные показания в силу своих индивидуальных особенностей.

Плодотворные исследования в области теории и методики судебно-психологической экспертизы предприняты совместно психологами и юристами под руководством А.Р. Ратинова в сек­торе психологических проблем борьбы с преступностью инсти­тута Прокуратуры России, в частности по вопросам судебно-психологической экспертизы несовершеннолетних.

В 1971 г. М.М. Коченов подготовил информационно-методи­ческое письмо «Судебно-психологическая экспертиза несовершеннолетних», где наряду с рассмотрением процессуальных во­просов судебно-психологической экспертизы анализировались вопросы ее компетенции. К компетенции простой психологиче­ской экспертизы автор относит:

• исследование уровня умственного развития несовершенно­летнего;

• изучение особенностей его личности и той ситуации, в ко­торой совершались противоправные действия;

• установление наличия физиологического аффекта;

• определение особенностей познавательных процессов;

• выявление признаков умственной отсталости, не связан­ной с душевным заболеванием;

• установление способности полностью осознавать значение своих действий и полностью руководить ими;

• определение наличия в период, предшествующий совер­шению преступлений, конфликтных переживаний, спо­собных влиять на поведение;

• установление возрастных или индивидуальных особенно­стей у несовершеннолетнего, способных повлиять на объ­ективность его показаний.

К   компетенции   медико-психологической   экспертизы М.М. Коченов относит установление:

• психологических последствий наличного или перенесен­ного соматического заболевания;

• наличия признаков умственной отсталости или иных пси­хических особенностей, вызванных перенесенными сома­тическими заболеваниями;

• способности несовершеннолетнего при наличии у него психических особенностей осознавать значение своих дей­ствий и руководить ими.

Психолого-психиатрическая   экспертиза,   по   мнению М.М. Коченова, имеет своей компетенцией установление:

• наличия психического заболевания у несовершеннолетнего (олигофрения на стадии дебильности, психофизический инфантилизм);

• особенностей умственной деятельности, которые могли препятствовать сознанию им значения вменяемых ему действий;

• наличия у несовершеннолетнего личностных особенно­стей, которые могли помешать ему руководить своими действиями в конкретной ситуации совершения правона­рушения. Автор относит умственную отсталость, вызванную сенсорной недостаточностью, длительными или хро­ническими заболеваниями, к компетенции медико-психо­логической экспертизы.

В более поздних работах М.М. Коченов расширил круг во­просов, относящихся к компетенции судебно-психологической экспертизы, полагая, что эта экспертиза может устанавливать:

• способность обвиняемого, свидетеля и потерпевшего (с учетом индивидуально-психологических и возрастных осо­бенностей, состояния умственного развития) правильно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства и давать о них правильные показания;

• способность потерпевших от половых преступлений пра­вильно воспринимать характер и значение совершаемых с

ними действий;

• способность несовершеннолетних обвиняемых, страдаю­щих умственной отсталостью, не связанной с психически­ми заболеваниями, полностью осознавать значение своих

действий и руководить ими;

• наличие или отсутствие у субъекта в момент совершения противоправных действий состояния физиологического аффекта (внезапно возникшего сильного душевного вол­нения);

• возможность возникновения различных психических явле­ний, препятствующих нормальному осуществлению про­фессиональных функций (в авиации, автомобильном и же­лезнодорожном транспорте, в работе оператора автомати­зированных систем и т. п.);

• наличие или отсутствие у лица в период, предшествующий смерти, психического состояния, предрасполагающего к

самоубийству.

Впоследствии ученый добавил к приведенному выше переч­ню: диагностику индивидуально-психологических особенностей (например, повышенная внушаемость, импульсивность, подра­жательность, ригидность и т. п.), способных существенно влиять на поведение субъекта; установление наличия ведущих, упро­чившихся мотивов поведения человека и мотивации конкретных поступков как важных психологических обстоятельств, характе­ризующих личность.

Надо скачать, что вопрос о компетенции судебно-психоло­гической экспертизы в специальной литературе до сих пор од­нозначно не решен. К компетенции психологической эксперти­зы в сфере действия прав, на наш взгляд, следует отнести разрешение любых психологических вопросов, интересующих сле­дователя, суд, орган дознания, другого уполномоченного субъек­та и имеющих значение для дела. Все эти вопросы касаются психических процессов, явлений и свойств психической дея­тельности человека и влияющих на нее объективных и субъек­тивных факторов.

Возражения, основанные на том, что исследования психо­лога якобы будут сковывать внутреннее убеждение юриста, что вопросы причин и мотивации поступков относятся к компетен­ции суда, следователя, другого полномочного органа, не могут быть признаны убедительными.

Эксперт-психолог не подменяет собой суд или другой орган. Имея один и тот же объект анализа, они имеют разные предме­ты исследования и пользуются разными методами.

.

Назад