2. Качественные показатели преступности

Качественные показатели преступности – это ее структура и характер.

Структура преступности – это удельный вес и соотношение различных видов преступлений в общем их числе за определенный период времени на определенной территории. От того, какова структура преступности, должно зависеть и определение главных направлений борьбы с ней.

Выделяются следующие показатели структуры преступности : а) соотношение тяжких, менее тяжких и малозначительных преступлений; б) соотношение умышленных и неосторожных преступлений; в) соотношение и удельный вес групп преступлений, исходя из дифференциации по главам Особенной части УК; г) удельный вес и соотношение 6–8 наиболее распространенных преступлений (например, хищений, преступлений против жизни и здоровья, хулиганства, краж и т. п.); д) удельный вес рецидивной, организованной, профессиональной, групповой преступности; е) удельный вес преступности несовершеннолетних.

Можно было бы еще более дробно дифференцировать показатели структуры преступности, но важно не это, а то, чтобы было ясно в принципе, что же такое структура преступности.

Здесь же скажем, что есть характер преступности, ибо качественные показатели, будучи самостоятельными, в то же время неотрывны друг от друга при объяснении наиболее, пожалуй, типичных черт преступности как отрицательного социального явления.

Характер преступности определяется числом наиболее опасных (тяжких) преступлений в структуре преступности, а также тем, какова характеристика личностей тех, кто совершает преступления.

Таким образом, характер преступности выявляется через ее структуру. При этом структура и характер преступности не неизменны и зависят прежде всего от исторических, политических, общественно-экономических условий жизни общества (например, от состояния экономики и экономических характеристик конкретных территорий – промышленная, сельскохозяйственная и пр., от состояния межнациональных отношений, а также национальных особенностей, традиций, обычаев, нравов, от уровня миграции, возрастного состава населения, его культуры и т. п.), а также от изменений в уголовном законодательстве, состояния правоприменительной практики и т. д.

Среди статистико-демографических характеристик преступности существенное значение имеет деление ее на мужскую и женскую.

Уголовная статистика свидетельствует о том, что женская преступность всегда была относительно стабильна и составляла в среднем 10–15% от числа совершенных преступлений. Характер же ее определялся ролью женщины в социальной жизни, ее социально-психологическими особенностями, физическими возможностями, состоянием (беременностью, например). В последние годы женская преступность стала более интенсивной, женщины чаще стали соучастницами в преступлениях мужчин, в том числе тяжких. Исследования со всей очевидностью показали несостоятельность объяснения женской преступности биологической предрасположенностью. В то же время статус женщины, ее роль в различных сферах производства и социальных отношений, как и ее физические возможности, накладывают своего рода ограничительные рамки на круг и объем ее деятельности, в том числе и антиобщественного характера. Именно этим объясняется преобладание женщин-преступниц в отдельных сферах, например, в торговле, поскольку и процент работающих в этой отрасли мужчин ниже, чем женщин.

Структура преступности не может быть полностью охарактеризована без выделения преступности несовершеннолетних. Последняя, в свою очередь, может быть подразделена на преступность малолетних и подростковую. Если подростковая (от жизни, опыта) всеми принята как преступность не выше возраста несовершеннолетия, то о молодежной преступности (молодежном возрасте) единства мнений нет. Здесь мы скажем лишь о том, что такое разделение существует, не вдаваясь в спорные вопросы. Преступность лиц до 18 лет, имея много общего с преступностью вообще, характерна своими особенностями, что и выделяет ее в особый феномен.

В этой связи следует подчеркнуть, что проблема возраста преступников в криминологии – важная проблема. Возраст и социально, и физически, и умственно (при вменяемости, естественно) накладывает отпечаток на поведение человека, в том числе преступное. Возраст делает человека и наиболее уязвимым для преступности (скажем, малолетних, подростков либо, напротив, лиц преклонного возраста). Уголовное законодательство связывает возраст и с последствиями преступления (снижение наказания несовершеннолетним, смягчение наказания престарелым).

Структура преступности не может быть понята без выявления особенностей рецидивной преступности – тоже весьма своеобразного и специфического ее среза, делающего преступность еще более опасным для общества явлением. В науке различаются три понятия рецидивной преступности: а) законодательное (уголовно-правовое); б) криминологическое; в) пенитенциарное.

Первое – это повторное совершение преступления после осуждения за совершение преступления при условии, если судимость не погашена или не истекли давностные сроки. Второе – сам факт совершения второго или более преступлений, независимо от того, был ли виновный осужден за первое преступление. Третье – повторное пребывание преступника в местах лишения свободы.

При определении правовых последствий для лица, совершившего второе и более преступлений, определяющее значение имеет, конечно, первый вид рецидива. В то же время криминологическое определение понятия рецидива дает более точную характеристику личностных особенностей преступника, устойчивости антиобщественных взглядов, навыков, привычек и т. п. Пенитенциарное определение наиболее утилитарно, но оно важно для анализа работы исправительно-трудовых учреждений.

На практике мы встречаемся с упрощенным подходом и оценкой рецидива: если увеличился процент рецидивной преступности в общей массе преступлений – значит дело плохо. При этом, однако, упускается из виду, что оценка уровня рецидива не может быть однозначной вследствие сложности явления и его места в структуре преступности. Представим себе, что в какой-либо области было совершено 1000 преступлений. Совершили их 1000 преступников. Из них рецидивистов было 250 (25%). На следующий год в этой же области совершено снова 1000 преступлений. Рецидив составил 20%, а через год снизился до 10%. Ясно, что, хотя рецидив уменьшился на 15%, на столько же возросло число так называемых первичных преступников – из числа тех, кто ранее преступлений не совершал. Возможно также, что выбывшие из данной области рецидивисты могли проявить себя где-то в другом месте.

Продолжим пример, несколько изменив исходные данные. В области было совершено 1000 преступлений, рецидив составлял 25%. На следующий год число преступлений увеличилось до 1200, а процент рецидивистов остался тот же. Еще через год преступлений стало 1500, а рецидив уменьшился до 20%. Какова должна быть оценка? Опять проявим осторожность, ибо сокращение процента рецидива произошло на фоне общего увеличения числа преступлений; число же рецидивистов (в абсолютном исчислении) не уменьшилось, а увеличилось. Значит, в целом, несмотря на снижение процента, дело стало хуже, чем было раньше.

Таким образом, можно сделать вывод, что при общем сокращении количества преступлений и лиц, их совершивших, рост доли рецидива не всегда является показателем плохой работы органов, ведущих борьбу с преступностью, как не всегда и свидетельствует об ухудшении состояния преступности.

Идеальный вариант, свидетельствующий о действительном улучшении дела борьбы с преступностью, – это уменьшение количества совершенных преступлений и числа лиц, их совершивших, при одновременном снижении рецидива (причем лучше, если не только в процентном отношении, но и в абсолютных цифрах).

Для того чтобы в полной мере представлять себе структуру преступности, необходимо иметь данные о состоянии организованной, профессиональной и групповой преступности. Если совершение преступлений в группах (или группами) так или иначе статистикой улавливаются (в последние годы особенно), то с организованной преступностью дело сложнее. Частично организованная преступность находится в групповой, но лишь частично. В частности потому, что она – явление куда более сложное, чем групповая преступность. Сегодня еще никто не определил, что относить к организованной преступности. Если исходить из того, что имеется в законе, то лишь в статье о бандитизме есть упоминание об организованности. Соответственно толкование данного понятия можно найти в научных комментариях. Однако это не в полной мере соответствует глубине понятия, ибо бандитизм – наиболее простая форма организованности. Причем организованной может быть привычная нам общеуголовная преступность, преступность должностников – наиболее сложный вид, уходящий корнями в экономику (особенно теневую), управление, правоохранительную систему, и смешанная, когда должностники используют общеуголовную преступность (или наоборот).

Как бы это ни было сложно (в смысле выявления и определения), однако без выхода на организованную преступность и определения ее размаха представить себе истинную структуру преступности невозможно.

Для определения доли профессионалов среди общей массы лиц, совершающих преступления, надо исходить из того, что в общеуголовной преступности профессионализм достаточно четко виден среди воровского контингента, лиц, совершающих насильственные и корыстно-насильственные преступления.

В нынешних условиях необходимо проводить различие между организованной и групповой преступностью, которая всегда, во все времена представляла собой повышенную общественную опасность (в том числе групповая преступность несовершеннолетних). Необходимо учитывать ее удельный вес, распространенность, а также собственные количественные и качественные характеристики. Выявление этих ее свойств позволит более глубоко понять, как и почему появляются различные формы соучастия в преступлениях, какая социально-психологическая атмосфера существует в преступных группах (что означает возможность поиска путей к их разложению и ликвидации).

Структура и характер преступности не одинаковы в разных республиках и даже внутри регионов, вроде бы относящихся к одной и той же административно-территориальной единице (отсюда начинается проникновение в так называемые территориальные различия преступности). Эти различия определяются экономическими, социальными, демографическими, национальными особенностями. Неоднозначны структура и характер преступности в городах и сельской местности. Достаточно сказать, что транспортных преступлений в городах значительно больше, чем в сельской местности. Карманные кражи, по преимуществу, тоже городское преступление и т. д.

В то же время города различны: это промышленные центры, портовые города, курортные, забытые (провинциальные) и т. д. И везде структура и характер преступности различны. В сельских районах, примыкающих к крупным городам, преступность иная, чем в отдаленных от городов поселениях. Все это имеет важнейшее практическое значение, ибо определяет направления борьбы с преступностью.

.

Назад